Показать меню
Дюрер Альбрехт

Десять картин с бородатыми мужчинами и женщиной

О знакомых незнакомцах

27 марта 2019 Людмила Бредихина
Десять картин с бородатыми мужчинами и женщиной
Погребальный портрет бородатого мужчины. Египет, II-III век нашей эры. Дамбортон-Окс       Усадьба Дамбортон-Окс под Вашингтоном знаменита тем, что в 1944 году здесь проходила  международная конференция, которая подготовила образование ООН, а также – коллекцией предметов искусства доколумбовых времен. Начиная с 20-х годов прошлого века, нынешние владельцы усадьбы Блиссы сосредоточились на византийском искусстве. Да так, что собрание музея Дамбортон-Окс сегодня считается одним из влиятельных центров мировой византинистики. С 1941 года здесь выходит научный журнал Dumbarton Oaks Papers. Симпатичный египтянин с портрета жил почти две тысячи лет назад, но он так похож на одного моег

Нигде ничего не болит

Лирические заметки с выставки Анатолия Кокорина - художника, не мучившего бумагу

14 октября 2014 Наталья Львова
Нигде ничего не болит
В музейных залах Института русского реалистического искусства работает выставка «Benvenuti – Welcome – Добро пожаловать. Дневник путешествий Анатолия Кокорина», насколько чудесная, настолько и содержательная, в какой-то момент отправляющая в собственное путешествие, уже по личной памяти. Более 180 графических  листов - акварель, угольный карандаш, никогда не изданные альбомы-дневники и неведомый прежде цикл иллюстраций к "Риму" Гоголя, счастливые прижизненные издания и видавший виды желтый чемодан. Последняя персональная выставка Анатолия Владимировича Кокорина в Москве была в прошлом веке.    Почти все нарисованные им детские книжки я помню. Дети не знают имен художников, любимые книжки – только твои.

Планетное нашествие

Об очередном перевороте в восприятии Вселенной и о планете Меланхолия

1 января 2014 Иван Куликов
Планетное нашествие
На наших глазах небо с мириадами звёзд сменяется небом с бесчисленным множеством планет. Установив это, современная астрономия совершает переворот, сравнимый с птолемеевским и коперниковским. Для нас небо всегда было океаном звёзд, в котором дрейфует неполная дюжина планет Солнечной системы. Половина из них — Венера, Юпитер, Марс, Сатурн — стабильно видны невооружённым глазом даже из освещённых городов. Немного можно назвать столь же устойчивых и с детства привычных картин мироздания, как эта. И вот она исчезла. Баста. Finita. The End. Мечтатели и фантазёры, классики научной фантастики и сочинители сомнительных романов вынимали, словно фокусники из шляпы, одну планету за другой — все эти бесконечные разноцветные миры, солярисы, ка-пэксы, плюки, татуины, пандоры, меланх