Показать меню
Дом Пашкова
Удел одиночек
Джон Тенниел. Иллюстрация к "Алисе в стране чудес"

Удел одиночек

Быт и нравы денди в книге Ольги Вайнштейн. Финалисты премии "Просветитель"

20 ноября 2014

С одной стороны, странно видеть эту книгу в коротком списке "Просветителя", ведь это уже третье переиздание труда Ольги Вайнштейн "Денди: мода, литература, стиль жизни". Первое появилось еще в 2005 году. С другой стороны, это увлекательное исследование написано на отличном русском языке и, несомненно, заслуживает не только переизданий, но и наград. В ГМИИ им. Пушкина как раз показывают выставку, посвященную двум самым знаменитым денди рубежа столетий - "Оскар Уайльд. Обри Бердслей. Взгляд из России". Филолог Ольга Вайнштейн прослеживает историю денди не только в связи с такими гениями как художник Бердслей или поэт Уайльд, но всесторонне рассматривает дендизм как интереснейшее явление именно повседневной культуры. Несколько глав книги посвящены русскому дендизму от екатерининских вельмож до московских и бакинских стиляг. Совершенно дендистскую утонченность современники признавали в поведении вельможи 18 века: Князь Куракин за всю свою жизнь не оскорбил никого. Народившиеся вслед франты среднего достатка звались на французский манер «петиметрами» - им досталось от русских сатириков, включая баснописца Крылова – не за щегольство, за непонимание «хорошего тона». В полном соответствии с характером дендизма полагал хороший тон в умении держать себя в людях и с людьми как должно, как следует признанный денди Иван Гончаров, автор «Обломова» и «Фрегата» Паллада»:

Человек хорошего тона никогда не сделает  резкой, угловатой выходки, никогда никому не нагрубит, ни нагло, ни сантиментально  ни  на  кого  не  посмотрит  и  вообще  ни с кем, ни в каком случае,  неуклюже,  по-звериному  не поступит. Он при встрече в первый раз с человеком  не обдаст его, ни с того ни с сего, ни холодом, ни презрением, не станет  и юлить перед ним

Закрыв последнюю страницу, внимательный читатель поймет, что дендизм – не только кодекс поведения. Это та же разновидность творчества, что и литература, и рисунок, и ваяние, и музыка. Истинный денди не следует течениям моды, он их создает. В качестве одного из доказательств этого тезиса мы публикуем главу, посвященную метросексуалам. Многие считают их современными денди, и... ошибаются.

 

 

Метросексуалы: новые денди?

В 2002 году журналист Марк Симпсон обнаружил новый вид современных мужчин. Он назвал их «метросексуалами». Что же это за таинственные существа со странным названием? Первая часть термина образована от слова «метрополия»(1), вторая указывает на особый тип ориентации столичного жителя. Классический метросексуал, по мнению Симпсона, «молодой человек с приличным доходом, живущий в столице (метрополии) или рядом, поскольку именно там расположены все лучшие магазины, клубы, спортивные центры и салоны-красоты. Он может быть геем, гетеросексуалом или бисексуалом, но это совершенно неважно, так как его единственная сексуальная ориентация – любовь к самому себе и поиск наслаждений для себя»(2).

Итак, метросексуал – современный модник, его характерные черты – нарциссизм, связь с городской культурой по требления и по-новому определяемая сексуальная ориентация. Именно этот набор при знаков был свойственен и денди XIX века – вспомним тщеславие Браммелла и консьюмеризм графа д’Орсе, или как Барбе д’Оревильи писал о денди-андрогинах, натурах «неопределенного духовного пола».

В нынешней культуре старые разграничения «гей»/«гетеросексуал» оказываются слишком узкими для этого феномена, и в англоязычной прессе замелькали непривычные формулировки: «straight gay», «almost gay», «post-gay», – журналисты искали ключ к новому явлению. Масла в огонь подлил фильм «Секс в большом городе». Его героинь критики сразу зачислили в разряд «метросексуалок» – их зацикленность на моде, активная позиция в отношениях с кавалерами, вечная погоня за городскими удовольствиями – все это заставляло пересмотреть старые клише «женственности» и «мужественности».

Перечисляя современных метросексуалов, обычно называют имена Джастина Тимберлейка, Бена Аффлека, Брэда Питта и Хью Джекмена, но самым ярким примером остается, конечно же, английский футболист Дэвид Бекхэм, не устающий поражать своих поклонников новыми стрижками, серьгами, розовым маникюром и пристрастием к экстравагантным нарядам. Любая вещь, рекламируемая им, сразу становится волшебной приманкой, будь то темные очки Police, телефоны Vodafone или японская косметика TBC. Даже в сугубо патриархальном мире британского футбола болельщики прощают ему все «отклонения» в сторону женственности, не говоря уж о прочих «звездных» выкрутасах.

Дэвиду, кажется, позволено все: он может появиться на публике в индонезийском саронге или сняться в обнаженном виде на обложке журнала «Esquire» – фанаты только пуще приходят в восторг.

«Бекс» – кумир и для женщин, и для геев, и для мужчин-«натуралов», великодушно предоставляющий всем «равные возможности для восхищения». Несмотря на свой образ идеального семьянина, Бекхэм остается универсальным объектом желания для поклонниц и поклонников. Его личный бренд оказался сильнее традиционных рамок.

Но более всего способствовали внедрению метросексуальности в массы, пожалуй, даже не отдельные знаменитости, а недавние фильмы: помимо героинь «Секса в большом городе» в этот ряд, безусловно, можно поставить Патрика из «Американского психопата», персонажей «Бойцовского клуба» и даже «Человека-паука».

В практическом плане «метросексуальность» оказалась удобным понятием прежде всего для «пользователей» – городских модников. Безоценочная нейтральность и концептуальная емкость свежей «этикетки» помогли многим мужчинам внутренне раскрепоститься, избавившись от привычных страхов. Новоявленные «метросексуалы» признавались, к примеру, что они уже не боятся прослыть «голубыми» только потому, что хорошо разбираются в моде и средствах ухода за телом.

Настоящий метросексуал и впрямь серьезно интересуется своим имиджем, регулярно покупает новые марки кремов и шампуней, посещает салон красоты и нередко делает педикюр. Желая выглядеть моложе, многие мужчины даже соглашаются на пластические операции. Другие пекутся о фигуре, занимаясь с персональными тренерами в спортивных клубах.

Забота о внешности вознаграждается: метросексуал пользуется популярностью у дам. Его мнение высоко котируется – он разбирается в нарядах, может с первого взгляда отличить вещи из последней коллекции. С ним приятно ходить по магазинам, он может дать дельный совет при покупке, всегда заметит удачное приобретение и сделает комплимент. К тому же метросексуал обожает обсуждать покупки и новые модные городские места, делиться впечатлениями и информацией. В довершение всего он любит готовить и разбирается в основах здорового питания – настоящая находка для современных бизнес-леди, слишком занятых, что бы простаивать у плиты.

Марк Симпсон проницательно отметил, что тип метросексуала – продукт экономического развития. Современное общество потребления нуждается в новых покупателях, и задача как производителей, так и рекламодателей – привести в магазины мужчин, привить им вкус к шоппингу. Таким образом к рыночным механизмам подключается мощный отряд потребителей. Если женщины и подростки уже давно попали в «сети» рыночной экономики, то мужчины до сих пор удерживали свои позиции. По традиции мужчина зарабатывал, а женщина тратила. В магазинах мужчина терялся, скучал, просился наружу «подышать свежим воздухом». Сплошь и рядом жены покупали не только вещи для себя и «в дом», но и выбирали дезодоранты и нижнее белье для своих супругов.

Раньше, чтобы приобрести, допустим, мужской крем по уходу за лицом «Clinique», продвинутый покупатель, мучительно краснея, должен был идти в «женский» сектор косметики. Теперь, когда многие фирмы выпускают целые линии мужских косметических средств, потенциальный клиент уверенно направляется за нужным товаром. Более того: он руководствуется рекламой и общественным мнением, а стимулом для покупки нередко служат внушенные комплексы, раньше беспокоившие только женщин, – боязнь старения, борьба с целлюлитом и полнотой. Метросексуал любит читать глянцевые журналы –«FHM», «GQ», «Maxim», «The Face», «Details», «Arena», «Esquire», причем его тренированный взгляд мгновенно считывает нужную информацию с журнальных страниц, отмечая новые тенденции в моде.

Метросексуальный взгляд, исполненный потребительского желания, уравнивает и мужчин, и женщин. Недаром одно из определений метросексуала на сайте Wordspy гласит: «мужчина-натурал, который не подавляет в себе женственное начало».

Нынешний метросексуал – просвещенный и разборчивый потребитель: в магазинах таких называют «prosumer» (3). В одежде он частенько предпочитает Comme des garcons, Costume National, Paul Smith, Dsquared, Duckie Brown; в обуви – Alden, Bruno Magli, Church’s; продукты для тела фирмы Kiehl, шьет рубашки на заказ, но его интересы не сводятся к миру вещей. «Метросексуальность – это не только гель для волос, – пишет Karru, один из участников дискуссии на сайте Zephoria, – конечно, все метросексуалы разные, но, если искать нечто общее, мы – хорошо образованные, любящие свою работу профессионалы, мы ценим нюансы и детали, нас интересует все новое в жизни – в том числе продукты и вещи… Нам свойственна вдумчивость…» (4)

И впрямь, многие метросексуалы любят оперу, йогу, современный дизайн – словом, этих «вдумчивых» модников XXI века можно видеть не только в магазинах, но и в театрах, и в картинных галереях. Многие из них – продвинутые пользователи Интернета и могут часами фланировать в Сети.

Метросексуал – дитя городcкой культуры: в этом персонаже наиболее ярко срабатывает «городская» составляющая дендизма, связанная с обществом модерна. Это первая из перечисленных выше технологий воспроизводства дендизма, основное, что объединяет оба типа.

Однако чем же отличается метросексуал от денди? На наш взгляд, метросексуал более склонен к конформизму, ему не по силам быть настоящим лидером моды. Денди как подлинный лансёр (от французского глагола «lancer» – запускать, вводить, кидать - прим. ред.) опережает общественный вкус и сам задает стиль, а метросексуал согласен следовать сложившемуся на данный момент канону. Его компромиссный нрав ориентирован на оптимальный выбор среди предлагаемого, но отнюдь не на разработку собственных норм. Метросексуальность – массовое явление, в то время как дендизм – удел одиночек. К тому же метросексуал вряд ли рискнет применять на практике дендистское искусство «нравиться не нравясь» – он слишком озабочен тем, чтобы произвести на всех приятное впечатление, в духе мопассановского «bel ami». Нонконформистский потенциал дендизма ему чужд – так что знак равенства между этими двумя типами ставить пока рано.

Примечания:

1. Метрополия – от греч. «meter» – мать и «polis» – город. В буквальном смысле этимология термина «метросексуал» дает «материнский пол». Это парадоксально перекликается с одним общеизвестным фактом: пол любого человеческого эмбриона в первые недели – женский (материнский), и лишь на втором месяце происходит дифференциация по полу благодаря Y-хромосомам, определяющим развитие мальчиков.

2. Simpson M. Meet the Metrosexual. Cтатья появилась 22 июля 2002 года на сайте www.salon.com. Первая статья Симпсона на эту тему была опубликована еще в 1994 году (Simpson M. Here come the mirror men // The Independent. 1994. November 15). Однако слово стало популярным только в 2002 году и с тех пор постоянно входит в десятку хитов на сайте www.wordspy.com

3. Prosumer – professional consumer, профессиональный потребитель.

4. http://www.zephoria.org/thoughts/archives/000514.html.

 

Публикуется с любезного разрешения организаторов премии "Просветитель" и издательства НЛО

 

См. также
Все материалы Культпросвета